Serova1

First transcription: 0:0:0 Last transcription: 1:13:49


SNN1941: Мы всё сделали, чтоб она [нрзб]. [нрзб] [нрзб]
Interviewers: [нрзб]
SNN1941: [нрзб] детский дом был. Потому что они приезжали, вот... [нрзб] Кто что видел. Правда, был... Ну сгорел. Всё. Ничего не осталось. [нрзб]
Interviewers: Насть, не снимете ли? [Ладно], [нрзб]
SNN1941: И вот, отсюда история. Вот здесь продолжение. Там просто фотографии.
Interviewers: То есть это не придел был Параскевы Пятницы?
SNN1941: Нет, это при= церковь была. Да, деревянная, но они обветшали, сгорели,
Interviewers: А, [нрзб]. [нрзб]
SNN1941: да, вот тут, где [нрзб] всё — церковная земля. Да.
Interviewers: [Это ж рядом всё.] И Тихона Амафунтского?
SNN1941: Да. Икона есть у нас. У Тихона Амафунтского.
Others: [нрзб]
Interviewers: Да. Тихона. И пророка Илии, да?
SNN1941: Да.
Interviewers: Тут... А, з= а вот Тихона был здесь престол.
SNN1941: Да. Четыре престола. Вот один престол... Верхний этаж, второй этаж — Воскресение Христово,а вот нижний — введение в храм Божией Матери, правый — Илии Пророка, а левый — Тихона Амафунтского.
Interviewers: Насть, и вот это тоже снимите, пожалуйста.
Others: Я это всё сняла.
Interviewers: Ой, хорошо. А, и обновление храма. У вас Воскресенский?
SNN1941: Угу.
Interviewers: Да? Храм Воскресенский?
SNN1941: Угу.
Others: А чьи это фотографии тут?
SNN1941: Да это фотографии... У нас же история-то — старина-то там, а документы — да все в храме. Поэтому у нас всяких, этих, и... С= сегодня, где-то, я не принесла, там фотографии.
Others: С гармошкой.
Interviewers: Ага, ага. Как хорошо.
SNN1941: Письменные источники — все в храме. Потому что там могут отсыреть, а здесь топят, поэтому... Вся история и Угорской земли, и храма, и всего прочего — всё тут. Всё у нас есть. Вон, все документы там.
Interviewers: Поэтому вот [встречают], эту вот, Параскеву Пятницу...
SNN1941: Да. Да. А это Иоанна Предтечи, сюда.
Interviewers: Иоанн Предте=... А Иоанн, у Иоанна Предтечи тоже был придел, да? [И без храма?]
SNN1941: Не-не-не-не-не.
Interviewers: [нрзб]
SNN1941: Ну потому что он встречал Спасителя, поэтому и поместили его так. Он первый крестил его. [нрзб] [поместил]
Others: А [дом у храма] какой был?
Interviewers: А дальше?
Others: [нрзб]
SNN1941: Были храмы Илии Пророка, вот, Тихона Амафунтского...
Others: А они все деревянные были?
SNN1941: Деревянные, да. И Параскевы Пятницы. Они обветшали, сгорели, ипоэтому потом уже стали в= на этом месте [строить,] делать храм. Причём на чьи деньги строился храм, похоронены здесь, на этом кладбище, вот тут. Только могила не знаю, где.
Others: [нрзб]
SNN1941: Ничего. [нрзб]
Others: [нрзб]
SNN1941: [нрзб] заведующая. С две тысячи шестого года восстанавливается храм.
Others: А как он сгорел вообще?
SNN1941: А, как [нрзб] сгорел? Случайно. Сгорел и всё. Всё. Все перекрытия, всё сгорело. Стали восстанавливать — никто ничего не знает. Ни! Никто ничего не помнит. Где чего было,как было, как не было, — ничего не знают.
Interviewers: А вот есть...
SNN1941: Само= самое интересное, я до сих пор, вот у нас... Как на колокольню лазали. Это, получается, четвёртый этаж. Не знаю. Семь колоколов.
Interviewers: А [нрзб]? Конечно...
SNN1941: Всё сгорело, ничего не знаем, где лестница была, не знаем. Знаем, что винтовая, а какая, где она? Ну ладно, винтовая, но как лазали туда? Это ж туда подниматься каждый раз... Не знаю. Или верёвки были? Ничего не знаем.
Interviewers: Надо же, а. Надо же.
SNN1941: [нрзб]
Interviewers: А вот эта икона, на аналое, вот, это же новая, кто-то писал, и= или [здешняя], нет?
SNN1941: Нет, это... Нет, это подарили просто.
Interviewers: Подарили?
SNN1941: Да.
Interviewers: Вот, такой храм прекрасный. Замечательный. Это у вас сейчас поют, да? [нрзб] [нрзб]
SNN1941: Помоложе [нрзб]
Interviewers: Да? [нрзб] тоже, нам... Старые традиции все.
SNN1941: А, здесь-то, Вы уже имеете в виду?
Interviewers: В хоре [нрзб].
SNN1941: Да-да-да, да, да.
Interviewers: Да?
SNN1941: Да. Поют. Учителя поют.
Interviewers: [нрзб] А что это? Детский дом?
SNN1941: Да. Семь лет был детский дом в войну.
Interviewers: Здесь? В храме?
SNN1941: Да. Да. Мне директор прислал от детского дома, чем занимались тут.
Others: Это прям документы [нрзб]
SNN1941: Угу.
Others: [У неё даже] здесь [папка] "Земля Угорская". [С Радоницы] фотография. О, это прекрасно. [Храм и ещё] библиотека в одном лице. [нрзб] Саре=... Саренок?
SNN1941: Саренок Ольга Александровна.
Others: Вот [нрзб]
SNN1941: Угу.
Others: Батманова. Кстати, нам к Батмановой надо сходить.
Interviewers: Да... Да. Это и не... Это другая бабушка.
SNN1941: Какая бабушка? Галя, что ли?
Others: Нет.
Interviewers: Нет, это бабушка другая, её зовут...
Others: Фамилия, как у неё, на "А" у неё, нет? [Не знаю.]
Interviewers: Да. Они вот повторяются же.
Others: Так, может, она просто...
SNN1941: Так здесь Батмановых уже, по сути дела, никакой уже быть... Нет, одна вот только Галя Батманова. А кто Батмановы, вы имеете в виду?
Interviewers: А вот По=... Мы ещё не ходили к этой бабушке. Она, как это, в Хлябишино живёт.
SNN1941: А, Миля, что ли? Мелитина?
Interviewers: Да...
Others: Да, да.
Interviewers: Да.
SNN1941: Которой девяносто три года?
Others: Да.
Interviewers: Угу.
SNN1941: Ну сходите, у неё память хорошая.
Others: Так это вот её родственники, Батмановы, или нет вот? Или...
Interviewers: Мелитина она, да?
SNN1941: Нет.
Interviewers: Интересное имя.
SNN1941: Однофамильцы.
Interviewers: Во как.
Others: Служба... Воскресная отчётная линейка [нрзб].
Interviewers: Это вот детский дом был, да?
SNN1941: Угу.
Interviewers: Как интересно.
SNN1941: А книжка вышла. Она есть в Интернете, можно её прочитать.
Interviewers: Про Угоры? Вот и про детский дом там написано?
SNN1941: Да, про Угоры. "Дети блокады". Вот, есть в Интернете.
Interviewers: Очень интересно.
SNN1941: Угоры... Как раз период времени.
Interviewers: Хорошо. А давно храм в= это, восстановили, да так...
SNN1941: С две тысячи шестого года восстанавливают.
Interviewers: С две тысячи шестого года?
SNN1941: Угу.
Others: С собаками фотографировались.
Interviewers: Во к= а детдом потом перевели, да?
SNN1941: Детдом? Нет. В сорок девятом году, значит, и... Его... Часть детей, у кого были родственники, забрали, а остальных, у кого не было, — их перевели-то в Кострому в Денисовский детский дом.
Interviewers: А, понятно.
SNN1941: Вот эти блокадники к нам приезжали в две тысячи четвёртом году. Четыре человека. Потом ещё приезжал один дважды. Вот мы созваниваемся с ними, кто вот... Дети блокадников уже перезваниваются. Узнают, чего и как.
Interviewers: Интересно.
SNN1941: На храм... На храм присылают каждый год. Уж всегда на Пасху нам пришлют денежку.
Others: Тут...
Interviewers: Хорошо.
Others: А с какого по какой год был детский дом тут?
Interviewers: Прекрасно.
SNN1941: С сорок второго по сорок девятый.
Interviewers: Видишь, как...
Others: Вообще, тут спали [нрзб]. А они учились в обычное школе или в [нрзб] Под кроватями.
Interviewers: История... Да, ага.
SNN1941: Вместе с местными детьми.
Interviewers: Да. Ну видишь, что ж.
SNN1941: Пятьдесят...
Interviewers: Это всё-таки хорошие дети. (?)
SNN1941: Пятьдесят преподавателей и воспитателей было блокадников.Остальные — наши учителя.
Others: Пятьдесят, да?
SNN1941: Да. Вот тут всё написано, в этой книжке. Всё есть там.
Others: Большой детский дом, да? Столько людей было?
SNN1941: Триста человек.
Others: Я сам тоже учитель, поэтому спрашиваю.
SNN1941: Да. Я тоже.
Interviewers: Да? Да... Да, это уж нам сказали, да. Вы директором школы здесь были, да? Ох... Ответственное дело. Да...
Others: С сорок второго по сорок седьм=...
Interviewers: А бывали у вас в этом храме чудеса какие-нибудь?
SNN1941: Не знаю.
Interviewers: Да?
Others: Смотрите [нрзб] [девочки] [нрзб] [Самсоновна]. [нрзб] [нрзб] А вот они тут в народных костюмах. Смотрите.
Interviewers: Да, [верно], да.
SNN1941: Я ездила туда, снимали кино, про детский дом... Это как у [нрзб], "Дети блокады". Мы ездили с блокадниками на встречу, туда. Мы собирались...И дирек= директор-то уже была, Ольга Александровна, не приезжала, она уже старенькая была, мы к ней ездили домой. Она пр= в Всеволожском районе живёт. [нрзб] Она умерла, где-то ей был сто один год.
Interviewers: Ух ты.
SNN1941: Вообще молодец.
Interviewers: Да, да. А вот в две тысячи шестом году н= а... А вот до этого как тут вот молились? Ездили в основ= ходили в Унжу? Нам вот говорили, что как-то дома молились.
SNN1941: Нет, почему в Унжу? Ну... Да-да-да, когда было закрыто, всё это, молились дома, да.
Interviewers: Собирались, да? [нрзб]
SNN1941: Дома бабушки в чьём-то в доме собирались, это вот я хорошо помню, и на праздники м= молились по домам. Я помню эти молитвы, потому что меня с собой мама таскала на эти вечер= службы с бабушками. И чего-то из детства... [нрзб] Что-то вот чуточку отложилось. Зато я среднюю-то школу кончала не здесь, а в, в Унже,там, где город, там, а там пять церквей, и одна церковь была.. .И одна, две рядо= вот как через дорогу. Вот так. И нас, комсомольцев, туда, упаси меня Боже, а то из комсомола исключат, а то из школы...
Interviewers: Конечно. Да это тогда было очень строго.
SNN1941: Ни разу не были. Вот ни разу не была. А когда сюда приехала, храм-то уже был недействующий, и я в храме тоже не была. Потому что окошки были заколочены и дверь заколочена. Дети все лазали.
Interviewers: А, в смысле, а в Унже у вас не пускали в храм?
SNN1941: Да.
Interviewers: Или на= наоборот, надо ходи=...
SNN1941: Да. Не-не, не пускали, да. Учились-то когда?
Interviewers: Не пускали?
Others: А там был... Не закрывался ведь храм, один, да?
SNN1941: Один храм у них... Не, не знаю я, закрывался он или нет,
Others: Там од=...
SNN1941: но вот когда я училась, это пятьдесят шестой, седьмой, восьмой, вот эти годы, он был действующий. Работал. Но школьников туда н= не пускали. Но ребята, наши одноклассники, в Пасху-то старались... Там милиция стояла, им нельзя было. Так что я ведь в этом храме... Смешно, конечно, но я в храме до пожара-то не бывала ни разу. В окошко же не полезу я. Двери закрыты,
Interviewers: Да...
SNN1941: а школьники, мальчишки, мальчишки, они все тут лазали. И по лестницам, и везде туда, и на второй этаж, и на колокольню. Ну вот. Причём плиты лежали, зах= тут же кладбище. Плиты лежали, захоронение.
Interviewers: А где кладбище?
SNN1941: А вот, у церкви.
Interviewers: У церкви клад=...
SNN1941: Да. Вот тут он=...
Interviewers: Ну сейчас уже нет, да? А было оно?
Others: [нрзб]
SNN1941: Здесь он... ничего там нет, только одна,две плиты. Одна плита гранитная сохранилась священника,вот этого храма...
Interviewers: Который служил?
SNN1941: Да. А одна — прихожанки. Из Макарьева. Вот па= одн= вот священников хоронили против, поэтому ему поставили памятник против алтаря. А прихожанке — железный такой, тяжёлый памятник, он просто к стене приставлен, и всё. Но храмов было много. Ой, то есть захоронений было много.
Interviewers: Каки=...
SNN1941: О= и вот я когда приехала, значит, здесь плиты лежали ещё, плиты мог= мог= могильные, причём они гранитные, лежали, ну нов= и их перевозили новые русские. Куда им потребовались, не знаю.
Interviewers: Ой, какие.
SNN1941: Ну да, как всегда всё...
Interviewers: Могильные плиты забрали?
SNN1941: Да. Да. Вот жаль, что решётки...
Interviewers: Ну Господь, Господь судья им, судь=...
SNN1941: Да, да. Решёток, решётки в=... На верхнем этаже все решётки сохранены. Прямо вот прекрасные. Но форма окон, верхнего и нижнего, видишь, что она разная? Там полукруглая, и поэтому поставить сюда решётки никак не подходит. А с этого этажа решётки — вон они уже все ржавые, валяются вот тут вот, у ограды. Надюшка нас всё заставляет... А окон-то такое количество. Двадцать окошек. Мы же открываем их все на лето, чтобы тепло было. Да чтоб просушить храм.
Interviewers: Просушить, да-да, конечно. Ой, а храм большущий. Его восстанавливать — это же, конечно, такое дело... Ну с другой стороны, все, все поместятся.
SNN1941: Да.
Interviewers: А вот как... Вы вот в этой деревне родились, да?
SNN1941: Не-а, я вообще не тутошняя.
Interviewers: Да?
SNN1941: Я из-за границы.
Interviewers: Как из-за границы?
SNN1941: Я из другого района.
Interviewers: Из Макарьевского?
SNN1941: Угу.
Interviewers: А, и это там вот тоже у вас было, что жители сами молились, когда храм...
SNN1941: Да, да.
Interviewers: Да?
SNN1941: В Унжу-то вот ходят. Приход-то был вот из т= изтой, где я родилась, сюда ходили в приход-то. У нас была книжка, называлась "Духовные ведомости". Тысяча девятьсот седьмого года по тысяча девятьсот восьмой. Но мы её сдали
Others: Ого
SNN1941: в, этот... В музей мантуровский. Дак вот в, этом... Вёл её священник, эту книжку, и там, в этой книжке, написаны по деревням, вот всё, к= вот деревня, например, Шевелёво. Там написаны крестьяне, мещане, военные, всё по, этим, по категориям, по сословиям. И написано, значит, семья вся. Глава семьи, и всё перечислены. И возраст указан. Был ли на причастии, указан. Например, вдовы или солдатка,ил= вот всё-всё указано подробно. Но сказали... М= потом-то покаялись: не надо было сдавать. Потому что люди приезжают искать свою родословную.
Others: А, ищут, да.
SNN1941: И, и, и посылать теперь надо в Мантурово.
Others: Ну можно... Можно сфотографировать ведь.
SNN1941: Дак всё равно не так.
Others: Вс=...
SNN1941: Там ведь всё каллиграфическим почерком, всё ручкой написано. И там надо, чтобы найти, например, н=...
Interviewers: Да...
SNN1941: Фамилий-то много повторяется, надо долго сидеть. Я тут искала своих родителей по деревням, долго искать надо. Тысяча девятьсот, и, значит, восьмой год, девятый год, десятый, одиннадцатый. Всё в этой книжке переписано. Население было на начало... На начало двадцатого века здесь было три с половиной тысячи. Жителей. А сегодня — триста человек с чем-то.
Others: В Хлябишино? Ой, в... В Угорах? В Угорах?
SNN1941: В деревнях, во всём приходе. Во всём приходе.
Interviewers: В приходе. В приходе.
Others: Во всём приходе?
Interviewers: Во всём приходе.
SNN1941: Конечно.
Interviewers: Да... Туда, говорят, много народу было.
SNN1941: Да.
Interviewers: А Вы знаете, что? Это же вот удивительная вещь, что люди не потеряли веру и молились сами.
SNN1941: Угу.
Interviewers: Вот, собирали. А у вас была вот изба вот постоянная, да?
SNN1941: Не-не-не.
Interviewers: У кого, у кого чит=...
SNN1941: Дак могли, там, у одной бабушки, например, где ведь семья была небольшая, чтобы не мешать там.
Interviewers: То у одних, то у других соб=...
SNN1941: Угу, угу.
Interviewers: Ну это в основном на Пасху или на разные праздники?
SNN1941: Нет, на разные.
Interviewers: На разные?
SNN1941: Угу.
Interviewers: А вот нам сказали, что здесь на Пасху, на Пасху прям ночью собирались. Ну как вот [нрзб], вот как в церкви.
SNN1941: Да.
Interviewers: Это и в избе так же, вот там с=...
SNN1941: Да-да-да. По избам, по деревням собирались, да-да-да.
Interviewers: Собирались и молились там [нрзб] И ночью вс= ночью вс= обычно?
SNN1941: Да. Да, в двенадцать часов начинали службу. Как положено.
Interviewers: А на другие праздники? Там вот на...
SNN1941: На другие праздники, наверное, не так. Всё равно было в Пасху... А, а на Пасху всегда...
Interviewers: Ну вот Вы ходили с мамой...
SNN1941: Я с мамой ходила на, на праздники, на деревенские праздники. Например, был Тихонов день — значит, ходили молиться. Была Смоленская — ходили молиться. Была Владимирская — ходили молиться, значит, к бабушкам. Они пели там эти молитвы. У них всё было в тетради записано, чего после чего, то есть как положено. Потому что там, у мамы у моей были книжки, я, конечно, всё забыла... У меня родители умерли рано, и...
Interviewers: Не сохранилось у Вас?
SNN1941: Да конечно нет. Я всё подала. Куда? Куда чего знала, что вот так меня Бог приведёт — из директоров школы в старосты церковные.
Interviewers: Да... Там же, наверное, написано-то ведь всё.
SNN1941: Так что вот так.
Interviewers: Да... А ну вот сейчас, конечно, не помните, что это, молебен они или литургию, они пели, что...
SNN1941: Ну у нас своеобразная литургия была, конечно, но она была...
Interviewers: Да?
SNN1941: Да. Потому что, я знаю, что вот сейчас, например, вот когда, значит, и, не отпевали в церкви, не было, отпевали на дому.
Interviewers: Да...
SNN1941: Поэтому у бабушек в тетрадке записано всё как положено. И священнику они показывали тетрадку эту вот. И он сказал: "Всё правильно".
Interviewers: Всё правильно".
SNN1941: Да.
Interviewers: Я вот тоже видела такие тетрадки. И правда, прям вот пу= как сейчас публикуют книжку отпевания, прям вот...
SNN1941: Да. Да-да-да-да-да.
Interviewers: Да, так и есть.
SNN1941: Да. Так и есть всё.
Interviewers: Да... Просто н= ну интересно, там, акафисты они или молебны...
SNN1941: Да, и акафисты...
Interviewers: И литу= и литургию ведь тоже пели. Просто, видимо, не всё, а вот то, что...
SNN1941: Дак да, да. Да, да.
Interviewers: Священника-то нет, литургию без священника — как её? Никак-то...
SNN1941: Ну не то что возможно и не то что можно, но пели, а=акафисты читали. Акафисты я знаю, что Николаю Чудотворцу точно читали, у моего отца был даже переписан от руки этот акафист. Я, конечно, ничего не сохранила.
Others: А Вы книжки эти выбросили? Сожгли, да, и=... Отдали?
SNN1941: Нет, у меня книжки сохранились, Библии. Старые Библии. О= одна Библия на славянском языке, а вторая Библия на русском языке. Старые.
Others: А вот тетрадки имеется в виду, по которым молились.
SNN1941: Нет. Н= нет, я-то их не видела. Они, потому что там бабушка основная была, которая там запевала была,это было у неё.
Others: Выбросили? Вашего... А. А, бабушка в деревне, угу.
SNN1941: Не-не-не. Не моя, нет. Да.
Interviewers: Интересно. А и в= и вот, и Библию читали, и Евангелие читали вот на таких вот молитвах?
SNN1941: Вот уж я не помню.
Interviewers: Не помните?
SNN1941: Этого я не помню. Евангелие, наверное, читали. Должны. А про Библию не знаю. Библия раньше-то дома. Потому что ес= если дома у нас были две Библии, значит, читали их.
Interviewers: Наверное, да.
SNN1941: Я помню, что всегда вечером,ложились спать когда, вот мама вставала на коленочки и читала. Я до сих пор-то и пом= и м= молитву потом вспомнила, когда вот тут стали молиться, "Взбранной Воеводе победительная". Я и помню, мама шептала.
Interviewers: Да, правда? Во как.
SNN1941: Угу.
Interviewers: Это и= очень инте= вот уд= удивительно. Такой пример, мне кажется, вот он не в каждом районе, не в каждом... То есть... Я вообще впервые встречаю.
SNN1941: Да я думаю, вот те, где моё поколение, вот н= наше, то эт= всё потому, что... Мать... Родители все были верующие. Не было вот атеистов, все были верующие, это потом уж вот... А, да, самое смешное, когда уж в школу пошли, я, я священнику каялась, говорю... Я с мамой ещё и грешила, маму н= наводила на беса,что никакого бога нет, все это где-то выдумали вы всё там, ну вот... [нрзб]
Others: Детям... Детям рассказывали, да?
SNN1941: Не-не-не.
Interviewers: Ну в школе же...
SNN1941: В школе — нет. Это я когда росла, где-нибудь в классе вот... Когда историю стали учить, и историю пятого класса, шестого там,историю России... Да-да-да.
Others: Ну да. Древний мир там, да...
SNN1941: Что это всё выдумка, в общем, обижала маму. Говорю вот батюшке: "Вот так вот. Спорила с мамой".
Others: [нрзб] [не знала, а говорила.]
SNN1941: [нрзб] Вот. Обижала.
Interviewers: А вот Ваши родили хо= ездили тут вот в=... Все ходили на поток раньше, да?
SNN1941: Да, да-да. И я ходила на Поток, все ходили на Поток, да. Там, в деревне, с=...
Interviewers: Да? А Вы тут, нед=, нед=... Ваша, Ваша деревня неда= недалеко отсюда, Макарьевский?
SNN1941: Да как недалеко?
Interviewers: Была.
SNN1941: А, мы ход= я в Шевелёве, значит, родилась, на границе Мантуровского и Макарьевского.
Interviewers: Не так...
SNN1941: Вот. И мы, этот, и... Во Владимирскую — всегда. И до сих пор. Во Владимирскую — всегда.
Interviewers: Да?
SNN1941: Со всего района, со всей области, кто з= все знают, все на Поток приезжают.
Interviewers: А поток — там бывает служба.
SNN1941: [Я же зде=...]
Interviewers: Так мне хочется приехать в этом году, но не знаю.
SNN1941: Священник приезжает прямо из Унжи, [нрзб] [нрзб] [нрзб] Просто вот так жердями загорожена, [нрзб] много. [нрзб] [нрзб]
Interviewers: [нрзб]
Others: [нрзб]
SNN1941: Во-во-во. Это всё [нрзб] это всё уже онитам сделали, и теперь уже ходят туда. И дорожек [нрзб]
Interviewers: [нрзб]
Others: Я священник откуда? Он...
SNN1941: Священник из Унжи приезжает.
Others: Прямо из Унжи, да?
SNN1941: Да.
Interviewers: А народ пораньше, да, приходит?
Others: Отец Ростислав?
SNN1941: Да, Ростислав, да, Ростис=...
Others: Он туда ездит, значит, да?
SNN1941: Да-да-да.
Interviewers: Ну говорят, что, это, на Владимирскую он приезжает.
SNN1941: Да-да-да, приезжает, приезжает.
Interviewers: Да? Просто говорили, что вот старый священник, вроде, на каждый праздник ездил, а сейчас поменьше.
SNN1941: Константин? Я, на каждый праздник, не знаю, но вот на Владимирскую и, наверное, на Троицу отец Константин точно, наверное, приезжал, да.
Interviewers: Константин? Приезжал? А народ собирается раньше, да?
SNN1941: Да, раньше, раньше. И накануне, в Иванов день, ходят, и на... И потом... А летом вообще там они стоят, ходят, да.
Interviewers: В Ив=... И вообще там [весь день] ходят, да?
SNN1941: Постоянно, летом постоянно народ есть на п= на Потоке. Там постоянно есть.
Interviewers: Ну вот у, у... Интересно, как вот молились раньше. Потому что, мне кажется, это такой для нас пример. Ещё неизвестно, до чего мы доживём. Хорошо, сейчас храмы открыты. Кто его знает.
SNN1941: Да. Да. А почему? Молились там. Я помню, что...
Interviewers: [Кто его знает.]
SNN1941: Я ничего, конечно, [нрзб] не соображала-то ничего, но шла.
Interviewers: [нрзб]
SNN1941: Значит, там, под, этой, под этим перекрытием шло, служба, там бабушки стояли, остальные все на улице стояли. Это грязь неимоверная была. Я знаю, что там очень грязно, жёрдочки были накиданы.
Interviewers: Да?
SNN1941: И там шла служба. Значит, они, они вели самую настоящую службу. Как по записи было у них положено, так они и вели.
Interviewers: Надо же, какие, вот, молодцы. Всё знали.
SNN1941: Да.
Interviewers: А вот на... Сегодня вот Живоносный Источник. Иконы праздник. Это, ну... В, в такие д= не про= не служат, да? И там грязно, наверное, не пройти.
SNN1941: Н= не знаю. Может, кто-то и ходит, кто его знает. Ну т=...
Interviewers: [нрзб]
SNN1941: Теперь хорошо туда ходить, потому что там выработка леса шла, и дорога-то хорошая туда. То автобусами, вот на Владимирскую, целые автобусы...Вот с фанерного комбината автобус давали, а...Приезжают, целые-то туда ездят. Народу много собирается во Владимирскую. Очень много.
Interviewers: Интересно.
Others: А они же туда не проедут. Туда же машина-то не подъедет, автобус.
SNN1941: Да как не подъедет?
Others: Автобус-то не подъедет. Там же низина такая, грязная.
SNN1941: А там же мост. Там никак не заблудишься нигде, ничего, там всё указатели, где, куда и чего.
Others: Да-да, нет, в смысле, что там грязь-то [нрзб].
SNN1941: Дак там вот, и... По основной дороге уже грязи нет там. Потому что там дорогу-то когда сделали, чтобы лес вывозить, да?
Others: Отделали. Значит, мы ещё раньше видели. Значит, мы видели, там не было дороги, да, ага.
SNN1941: А, нет, дорога туда нормальная. Вот на машинах все ездят туда. К самому почти что Потоку. А дальше мосточек [нрзб] [нрзб] [нрзб] по жёрдочкам идёшь туда. [нрзб] дощечки [нрзб] и всё [нрзб] у речки сделать.
Interviewers: Да, у= удивительно, это такой, конечно, вообще подвиг, что вот ходили же. Опасно было в старые времена, да?
SNN1941: В старые времена не знаю, почему опасно, а вот в советское время там милиция стояла, на праздники не пускали.
Interviewers: Ну вот, я говорю, в, в смысле, в советские времена.
SNN1941: Угу.
Interviewers: В другое время ходили, да?
SNN1941: Да. Вот. Кто-то обещания давал.
Interviewers: Обещание давали?
SNN1941: Да, обещания давали. Я вот точно знаю, что мужчина давал обещание. Он болел, давал обещание, и он по ночам... Ещё женщина, тоже верующая, ходила с ним, они ходили. А туда, идти на Поток, — это ведь неблизко, это где-то километра четыре, не меньше. Допустим, от Хлябишина идти. Они ходили. Ночью ходили на Поток.
Interviewers: А почему ночью?
SNN1941: Потому что обещание давал.
Interviewers: Ночью ходили и молились там, да?
SNN1941: Да. Двое вот они ходили и молились.
Interviewers: А на... А они там что-то жертвовали? Платок там или деньги оставляли, нет?
SNN1941: Там свечки. Там всё есть. Там и иконы есть, и свечки там.
Interviewers: Свечки?
SNN1941: Свечки с собой, наверное, приносили. Теперь там и ящик на пожертвования висит, уже на угор= на унженский храм. И дважды пытались в... этот ящик взломать. Батюшка говорит.
Interviewers: Ой...
Others: Ой, ужас.
Interviewers: А конечно опасно, там, в лесу. Любой может прийти, [не все же наш=...]
SNN1941: Да. Знаете, шалопаев-то есть...
Interviewers: Да, да, да. Нехорошо. А вот в= нам говорили, что вот тут был человек пожилой, Николай Наумов.
SNN1941: Вот, он и давал обещание.
Interviewers: Он давал обещание, да?
Others: А, это вот он самый, да?
Interviewers: Нам говорили, что какое-то вот с ним случилось чудо. Что-то, свет он увидел какой-то, что ли, или чего-то.
SNN1941: Да. Он рассказывал, что голоса, слышал, голоса поют. Где-то, значит, в, этом... Он ходил, это, в то время, когда ещё часовни-то этой не было. Наверное, старая часовня-то была. И... Что поют. Где-то поют.
Interviewers: В советское время, чт=...
SNN1941: Типа того. Ну, а... Уж я не знаю, это было, [но... Как ему...]
Interviewers: Испу=... Испугался он?
SNN1941: Только что я слышал пение". (?) Дак н= не очень-то испугался, так, [нрзб]
Interviewers: А он пошёл ночью, потому что он [нрзб]
SNN1941: Да. Ночью, вдвоём они были.
Others: А они как бы за других молились, или что получает=...
SNN1941: За себя. Он больной, заболел, у него был ещё, это... Типа гайморита или что, не проходило, сильно болел, и он давал обещание.
Others: Обещание?
SNN1941: Сколько там раз сходить на храм и... Нет его сейчас, он уже... Он совсем уже вот, мы не... Мы ездили в этом году причащать его с отцом Антонием.
Interviewers: Он в больнице, что ли, да?
SNN1941: Нет, его вот дочь увезла. Он уже плохо слышит, он уже почти что не видит, его одного оставлять нельзя. Дочка увезла его в Нею.
Interviewers: Ну конечно, возраст. Это вот... Надо же, вот как...
SNN1941: Это из Питера Разумовский прислал нам медаль, вот, на детский храм, и "Детский дом" написано.
Others: [нрзб]
SNN1941: А это во= "Блокада Ле="... [нрзб]
Others: [нрзб]
SNN1941: Видите? Тут написано всё.
Others: Надо же.
SNN1941: Вот, "Детский дом". Тут [нрзб] в этом месте [нрзб] по отдельности вот так и лежат у нас вот.
Interviewers: Да...
SNN1941: А. А ещё интересно, сейчас я вам покажу [нрзб] карикатуру какую нарисовал, он такой чудной. [нрзб] карикатуру на свою жену, на Елену Николаевну, которая занималась сбором фольклора. Вот она приехала в деревню, нашла старую бабушку, села на пенёк, включила магнитофон, бабушка рассказывает, она, разинув рот, слушает, даже коровы слушают.
Others: А можно посмотреть эту книгу? С [нрзб]
SNN1941: Можно.
Interviewers: Надо поискать, ви= видите, я не нашла. Искала-то там вот, у...
Others: Так, это...
Interviewers: Не нашла.
Others: Есть же книга.
Interviewers: Ну да. Да.
Others: Посмотреть, может.
SNN1941: Есть. У меня.
Interviewers: Угу.
SNN1941: Есть.
Interviewers: Да, да.
Others: А про Шуру слепую вы знаете, нет?
SNN1941: Знаю Шуру слепую, прекрасно знаю. Она всё время у меня в доме жила, у нас дома,к маме ходила всегда. До сих пор помню.
Interviewers: Да... Серьёзно, да?
SNN1941: Саня! Я опять к вам иду!".
Interviewers: А она могла сама ходить-то? Ну а она ж слепая...
SNN1941: Нет, её кто-то вот сопровождал, да.
Interviewers: Водил, да?
SNN1941: Она... Ну я точно вот... Я хорошо помню её даже внешне, какая она была, потому что к нам она, именно в дом, вот, в Шевелёве, к маме всегда приходила. Она жила и подолгу, по неделе жила. Рассказывала, что с ней очень плохо мачеха обходилась, заставляла полоть грядки с морковью, она ничего не видела, она ж вообще слепая.
Others: А как... Говорили, что она стихи пела?
Interviewers: Да...
SNN1941: Да.
Interviewers: И вам пела она?
SNN1941: Ну да. Она у нас, в доме у нас была — дак конечно, пела.
Interviewers: У вас...
SNN1941: Она по шагам... Кто приходил, у дома, она узнавала по шагам, кто идёт.
Interviewers: А какие? Да, правда? И прям знала, какой человек, да?
SNN1941: Да.
Interviewers: Ничего себе.
SNN1941: Такая крепкая она вообще, вооб=... Корпусная такая женщина.
Interviewers: Да? Надо же. Говорят, она [нрзб] очень хорошо стихи пела, и вот, и всё, и службу она пела на потоке, да?
SNN1941: Я на Поток... Не знаю. Про Поток я не знаю. А что туда...
Others: А Вы не ходили в то время ни разу, да, естественно?
SNN1941: Когда она была, не, не помню я, чтобы она ходила, и я чтобы там была, нет.
Interviewers: А она к= вот так по людям в основном жила, или она...
SNN1941: Она жила в Семейкине. Это вот три километра от Унжи, вот там. У кого — не знаю. И потом, я не знаю, по какой причине, только что она, значит, и... У кого ещё она была, я тоже не знаю, но у нас была — это точно, она жила у нас вот, и общалась, и пела, и рассказывала всё в моём доме.
Interviewers: [нрзб] Интересно. [нрзб]
Others: [нрзб] какие стихи она пела?
SNN1941: Не знаю. Шура слепая была.
Interviewers: И так вот не помните? Про Егория Храброго, нет?
SNN1941: Ну да, и вот Егорий был, сосед говорит: "Ты что Егория не пела?". Я говорю: "Я забыла. Давай сейчас спою. - Нет уж, теперь поздно. - Что, — говорю, — яйцо что ли не дашь?".
Interviewers: А чего, и сейчас поют у вас "Егория"?
SNN1941: Он... Вот эти школьники были... Мы же всё равно маленечко рассказывали им, школьники были, теперь уж они, они уже взрослые... Они ходили и кресты собирали. И, этот, и... Тут н= не знаю, фото, и, есть или нет. У меня дома точно есть фотография, с, с котомочками стоят. И "Егория" пели.
Others: Можно посмотреть?
Interviewers: А можно будет сфотографировать?
SNN1941: Я вот... Сейчас я посмотрю, где "Угорская земля". Ну-ка, тут есть или нет... Или у меня дома-то фотография, где девчонки-то собирают, ходят...
Interviewers: А вот к= нам кто-то говорил, что мужчины должны, а кто-то — что и девчонки ходили.
SNN1941: Ходили все у нас тут.
Interviewers: Ход= все ходили?
SNN1941: Да. Так... Ух ты. Это что-то выскочило. Вот, где...
Interviewers: Частушки.
SNN1941: Не знаю. Тут, наверное, не= нету здесь, нет. Только у меня дома. Значит, на фотографии... [Это точно.]
Interviewers: И сейчас ходят тоже иногда, да?
SNN1941: А, вот она, есть, есть, есть, есть.
Interviewers: Дети... Здесь, да?
SNN1941: Да. И вон, кресты собирают. Ой...
Interviewers: Собака при них. Да. Это они ходят, а это у них узелки, где яйца?
SNN1941: Да, да. Кресты собирают, да.
Others: Это вот у вас колядки эти пели?
Interviewers: Это кресты со=...
SNN1941: Да.
Others: [нрзб]
Interviewers: Надо же. А мы...
SNN1941: На, на, на Рождество. И вот здесь — на Рождество. А это на... Набирали кресты в Кре= в Крестопоклонную неделю.
Interviewers: Нам что-то сказали, что... Надо к свету. На= Насть, Насть, не видно будет. Давайте вон ту= там, на тот стол, к свету.
SNN1941: Когда, этот, и... "Великое Говенье переломилось, под гору укатилось, мороз кричит: "Подавай кресты", вином не трожь... Варом не трожь, а вином — как хошь". Я спрашиваю: "Ну и чего "варом" обозначает?". [Пойдёте н=...]
Interviewers: А варом не трожь" — это что так=...
SNN1941: Что такое "Варом не трожь, а вином — как хошь"? "Угощай" то есть. Что такое "варом"?
Interviewers: А что это такое?
SNN1941: Ну? Ну слово-то знакомое, все знают его.
Interviewers: Варом"... "Вор"?
SNN1941: А?
Interviewers: Во= вор? "Не воруй"?
SNN1941: Варом", "варом". "Кипятком", "вар" же, "вар".
Others: А, варом.
Interviewers: А, вар, вар!
SNN1941: Варом не трожь, а вином — как хошь, угощай. Вот они кресты собирают.
Others: К свету.
Interviewers: А это зима, потому что кресты собирают?
SNN1941: Да.
Interviewers: Сфотографируете тоже? А кресты — это вот на Крестопоклонную неделю пекли, да?
SNN1941: Да-да-да. В среду пекли и... И я помню, я сама ходила. Как мы этого дня ждали, этого дня.
Interviewers: В среду пекли? Да?
SNN1941: Господи! Бегали, собирали, прибежишь домой с котомочкой, крестов там всяких... Это радости-то и... Конечно, кресты не какие, не как теперешние, ой, мама родная. Что вот? Мы странников застали, всё это я знаю.
Interviewers: Да... А что-нибудь клали в кресты? Там... Ну, там... Ну, н= монетку там, тряпочку, н=...
SNN1941: Нет. Нет. Нет-нет-нет. Не-не-не-не-не.
Interviewers: Нет, такое, нет?
SNN1941: Нет. Это точно нет.
Interviewers: А... Это... Интересно.
SNN1941: [нрзб] книжку [нрзб]
Interviewers: А на Егория, а на Ег= на Егория, значит...
SNN1941: Батюшка Егорий, Макарий Преподобный" — вот эту пели.
Interviewers: Вот это пели?
Others: А как это [нрзб]?
SNN1941: Спаси нашу скотинку, спаси и сохрани". В поле и за полем, в лесе и за лесом, за быстрыми за реками, за крутыми за горами нашей-то скотинке зелёненький лужок". Видите, какая я старорежимная? Я...
Interviewers: А чем заканчивается?
SNN1941: Я сменюсь , этот, и... Когда бывали вот, раньше-то ездила, краеведческие чтения... Значит, [нрзб] слово. Я говорю: "Слушайте, вы меня скоро как музейный экспонат тут будете показывать".
Interviewers: Да, да... Это ж хорошо. А сейчас дети ходят у вас на Егория или вот на кресты? Бывает?
SNN1941: Нет.
Interviewers: Сейчас уже...
SNN1941: Не-а. Ну где уж тут, современные, [нрзб], у всех смартфон.
Interviewers: Да...
SNN1941: Нет, конечно.
Interviewers: А вот на Святки не ходили у вас, колядки не пели? Вот в Рождество там, [нрзб]
SNN1941: Н= на Святки, на ко= это, в, вот в, это, когда период Крещения был, точно вот ходили мы дрова разваливать у ребят.
Interviewers: А, дрова разваливать? У ребят?
SNN1941: И дети даже мои, вот я помню, вот, во= сын рос когда, дочка росла, они бегали по деревням.
Others: Это какие годы были?
SNN1941: Восьмидесятые.
Others: Ещё разваливали, да?
SNN1941: Д= разваливали дрова.
Others: Хозяева-то н= не ругали, нет?
SNN1941: Ну как не ругали? Поленницу раскатают и выложат в дорогу по полену.
Interviewers: Дак в дорогу по полену? Ой, вот так, вот так, вы= дорожкой, да?
SNN1941: Да, вот выложат вот так, я помню, мы сами, вот я и сама ходила, и училась в, в школе в Унже, там и то, я помню, од= одно= у одного парня там золы насыпали у порога, они нам двери заморозили. Вооб= вообще.
Others: Хулиганы, а.
Interviewers: Видишь, так положено.
SNN1941: Нет, мы не пели.
Interviewers: Интересно. А какой вот престольный праздник был?
SNN1941: А в каждой деревне свой. В Угорах — Тихонов день и Ильин день. А у нас в Шевелёве была Смоленская и Тихонов день тоже.
Interviewers: В Шевелёве, да?
SNN1941: Да.
Interviewers: А как праздновали престольный?
SNN1941: Как праздновали престольный? С утра работали. Работали. Молиться на Поток — это бабушки, может, туда и ходили, а так работали. Об= обычно собирались вечером в гости... А, гулянка ещё была. В этот день молодёжь со всей округи собиралась в деревне вечером на гулянку. Вот. Гости в домах, из всех домов там, [нрзб] окна, открыты окна были, песни пели, самогонку пили,
Interviewers: Песни пели?
SNN1941: вино красное — это редко там. Водки — вообще я не помню, чтоб в доме у нас стояла, или самогонка, и когда-то красное вино. Отец у меня не любил... Если, например, у него не было гостей, и, этот, и... Один не любил. Он открывал окошко и караулил: кто, по дороге мужики идут. Кричал: "Паря! Заходи ко мне!". Четверть самогонки на столе.
Interviewers: Чтоб не... Попразднова= попраздновать.
Others: Паря?
SNN1941: Да. "Эй, паря!".
Others: Парень.
Interviewers: Паря". Парень. Парень.
Others: Понятно.
SNN1941: Паря".
Interviewers: Попраздновать хо=... Хорошо... Ой, здорово. А вот в какие дни ещё об= дом обходили? Вот на Егория обходили с яйцом дом, да, пели?
SNN1941: Да. [Вот так].
Interviewers: Это хозяин сам, да?
SNN1941: Да, н= обычно хозяй= я не знаю, хозяин, хозяйки точно ходили. И мы и сейчас ходим.
Interviewers: Хозяй=... Да, правда?
SNN1941: Да.
Interviewers: Это накануне, ночью?
SNN1941: Накануне, да.
Others: И Вы в этот раз ходили?
SNN1941: Кто ходи= я ходила в, пос= в Пасху, после службы сразу, а... Ходила в Егория, нынче не ходила. Соседки ходили днём. "Вы что днём-то потаращились? Надо было вечером ходить-то".
Interviewers: Надо вечером, да.
SNN1941: И петь "Егорий" вечером. Он же неслучайно сказал, что... "Что ты теперь-то пойдёшь? Пела бы вечером".
Interviewers: Да... Вот... Ну наро= народные традиции — всё имело смысл, да?
SNN1941: Да.
Interviewers: Это прям очень было интересно. А вот дома, не помните, вот Ваши же родители верующие были, да?
SNN1941: Да.
Interviewers: Вот а они дома р= молились вместе? Или так, ну, нет? По отдельности некогда было вместе вот так молиться?
SNN1941: Нет.
Interviewers: Нет, да? Ну, может быть, стихи пели, нет? Не было эт=...
SNN1941: Нет. Мама молча молилась.
Others: А губы шевелились, нет? Вот когда она...
SNN1941: Да.
Others: [нрзб]
SNN1941: Я потому и слышала, она читала "Взбранной Воеводе победительная".
Interviewers: Во как интересно было. Да...
SNN1941: Избавляющая от бед, благодарственные восписуем Ти раби Твои Богородице, яко имеем державу имущую, от всяких нас бед освободи.Радуйся Невесто Неневестная".
Others: Да, да.
Interviewers: Да, слава Богу.
Others: А у неё не было тетрадки тоже? А, нет, Вы говорили, вроде, что...
Interviewers: Да... Да, вот, тет=...
SNN1941: Акафист был — я сожгла. А ещё праздновали... Значит, у мамы сестра была в Хлябишине, но ч=через речку, и мы всегда ходили на Казанскую в гости. Отец, значит, я и... Нас было м=... Я, по сути дела, пятый ребёнок в семье, но... Один у матери, первый, мама вышла в другую семью, четырёх детей воспитала, дочек, и я пятая. Вот мы идём из гостей, и в гостях, значит, песни какие пели... Любимая песня моей мамы и моей бывшей, будущей свекрови была "У церкви стояла карета". У них голоса были потрясающие. Такие голоса были. А отец пел — я хорошо эту песню знаю — "Отец мой был природный пахарь, а я работал вместе с ним". Вот эту пели.
Interviewers: А Вы не помните её?
SNN1941: Помню, как не помню? Я и мелодию помню, всю песню помню. А ещё песня о Щ= Щорсе. Мы с ним идём из деревни два поля: "Шёл отряд по берегу". Эта вот.
Others: Щорс"... Это да, это и мы ещё пели.
SNN1941: Вот-вот.
Interviewers: А не споёте ли нам пе= эти песни? Ну н= не знаю, может, не в храме, а...
SNN1941: Так я певец-то ведь какой, аховый.
Interviewers: Да ничего. Мы хоть будем знать. Да, что...
Others: Что у нас сейчас уже этих песен, пожалуй, нет, да, [нрзб]
SNN1941: Я слышала по радио, вот мне... Один только раз вот эту песню пели, "Отец мой был природный пахарь, а я работал вместе с ним".
Others: А вот в Интернете можно такое найти? Или нет?
SNN1941: Можно, я думаю.
Interviewers: Ну в сборниках-то есть, но, понимаешь, в разных местах — по-разному.
Others: А, без мелодии. А.
Interviewers: Там начало одинаковое, и д= и вот тоже вот [нрзб], а продолжение — там бывает по-разному. И слова по-разному складываются в разных местах, разное количество куплетов. Вот "У церкви стояла карета" — это же стихотворение было. Его распели. Стихотворение короткое.
SNN1941: Угу. Угу.
Interviewers: А, бывает, в разных районах — там куплетов помногу.
SNN1941: Угу, угу.
Interviewers: Вот. То есть это уже народная песня.
SNN1941: Угу.
Interviewers: Они уж по-другому... Вот в разных районах люди по-разному поют.
SNN1941: Угу.
Interviewers: Поэтому это очень интересно.
SNN1941: Да.
Interviewers: Вот. Это же здорово, интересно.
SNN1941: Ничего мы не, про старину не знаем. Ничего не спрашивали в то время,ничего не рассказывали, рассказывать было некогда, работали с четырёх утра, вставали — и до, до одиннадцати вечера, все на ногах, да что там?
Interviewers: Да... И голодно было.
SNN1941: А мы ничего, не интересовались. Они работали в колхозе все. За трудодни, за палочки. Самое смешное вот... В шестьдесят первом году первый раз дали зарплату — три рубля.
Others: [Да, за] [нрзб] В каком году?
SNN1941: В шестьдесят первом, по-моему.
Interviewers: В шесть=...
SNN1941: Я знаю, что, рассказывала женщина, гово=...
Others: В шестьдесят первом? Пятьдес=... Пятьдесят первом?
SNN1941: Да.
Interviewers: В шестьдесят, шестьдесят, шестьдесят.
SNN1941: В шестьдесят.
Others: [нрзб]
SNN1941: Да.
Others: [Тут вот] [нрзб].
SNN1941: А, а то ничего нет, вот при Хрущеве, да. Они на Маленкова чуть не молились все, когда отменили все эти налоги. Чуть не молились все.
Others: Ну Маленков хороший хозяйственный [нрзб] говорят [нрзб]
SNN1941: Вот. И быстро его, о=... Эти налоги, которые... Надо было сдавать молоко, яички, шерсть, масло. Хоть у тебя есть корова, хоть нет, покупай, где хочешь. Я помню, с описью к нам приходили, это я хорошо запомнила, потому что была недоимка, значит, на что-то была, и, и приходили. Я даже помню лица, этого, председатель сельсовета, высокий, Голубев, такие большущие зубы. Приходил, там, и мне подарили — вот до сих пор помню — сыра отрезали. Я такого сыра вот до= в наши времена никогда не ела. Они отрезали кусочек, этого, пластиночку, мне сыра. Кусочек.
Interviewers: Боже мой...
SNN1941: Но описали стол, на котором, значит, и... Готовили, обедали и де= и готовили уроки мои сёстры.
Interviewers: Ой-ой-ой.
SNN1941: И... Ой...
Others: А стол... Стол-то за что? Это же не продукт-то.
SNN1941: А больше нечего описывать было.
Others: И всё равно, чт=...
SNN1941: Швейную машину, всё равно описали, да-да-да-да-да. Да.
Others: Что-то надо. Что-то надо, да.
Interviewers: И всё забрали?
SNN1941: Да. Да.
Interviewers: Боже мой.
SNN1941: Но потом отдали. Вот Маленков отменил этот налог, я говорю, чуть не молились на него. Вот это я помню. И вот когда дали первую зарплату, я про маму не знаю, а вот здесь женщина рассказывала, "Мы, — говорит, — ревели от радости".
Interviewers: Да...
SNN1941: А когда получила мама пенсию, я помню, молилась: "Слава тебе, Господи! Дай Бог здоровья правителям!".
Interviewers: Вот так. Господи, помилуй.
SNN1941: Только за палочки. Денег... Вот я выросла, мне учиться было ехать не на что. Я даже говорить не могу. Пешком бы идти за поездом. Денег нет, вроде не старые,я родилась, им было сорок пять лет. Вообще кошмар какой.
Interviewers: Да... Ой...
Others: Ужасно несправедливо, конечно, да.
SNN1941: Да, все го= этот, и... Да, кто-то жил и, может, и хорошо, а... Ой... Тяжёлое время.
Interviewers: Тяжёлая... Да. Что вообще наши крестьяне вынесли — это вообще...
SNN1941: Да уж. Я... Как они вот, вот это всё вынесли, н= не имея ни гроша никакого... А потом ещё деньги-то эти вот, в... Сорок восьмой год, реформа, да, прошла, что и было... Отец о= обыч= обычно на ожгонку уходили деньги зарабатывать, катали валенки там, в Башкирию ездили, на Урал.
Others: На Ура=...
SNN1941: Да. И эти деньги все пропали.
Others: А, все издержали и не успели обменять, да?
SNN1941: Один... Да, их и де= сегодня деньги, завтра объявили, и всё, реформа. Когда менять-то?
Interviewers: А там была какая-то реформа, да, родители мои говорили, да.
SNN1941: Да.
Others: Да, я знаю, по-моему, там дали какие-нибудь три дня, говорили.
SNN1941: Я три дня не помню.
Others: Но крестьяне и не верили в то, что... Ну как бы им сказали, а крестьяне всё держали у себя. Кто, кто побежит... Менять же — в город, потом... Менять, то есть, потом в сберкассу...
Interviewers: Потом, город — [целые сто]...
SNN1941: За сорок километров бежать куда-то.
Others: Потом... Потом очереди были на обмен огромные.
Interviewers: Да. Да.
Others: Ой, Господи, да, да. И потом там сколько-то можно было обменять, там был, ну, лимит вот.
Interviewers: Лим=... Да.
Others: Ой, да-да-да.
SNN1941: Вот в то время... Я не помню про этот лимит, сорок восьмой год. Это про день=...
Others: Я читал... Я слушал вот недавно передачу
SNN1941: А, ага.
Others: про вот хрущёвское время, про брежневское. Отдельно прям экономические передачи.
SNN1941: А, ага.
Others: Там трагическая эта история.
SNN1941: Вроде я замёрзла.
Interviewers: Да, пойдёмте.
Others: Ой, извините, пожалуйста, я прошу прощения. [Так, может быть,] заговорили мы.
Interviewers: Заморозили мы Вас. Да...
Others: И очень интересная [нрзб].
SNN1941: Спросил: "В чьём доме живёте?". "В Никона". Дак и то он всего знает, Коля.
Interviewers: Да. А, [нрзб] Тамары ведь?
SNN1941: Н= н= нет. Вот это у Тамары. Это он у... Дочка, Надежда, Никона-то, а это муж её, Коля. [нрзб] он угорский. Он, всё время он... Знает. Много он интересного знает, конечно.
Interviewers: [нрзб] [нрзб]
Others: Держи. Пойдёмте [нрзб]
Interviewers: Какая погода, да... [Очень...]
SNN1941: Мне книжку показать? Пойдёмте, покажу вам.
Others: Да, [нрзб]
Interviewers: Да... Покажите нам, пожалуйста.
SNN1941: Они мне прислали книжку из угорского музея. Костромская губерния и Тверская губерния. в девятнадцатом веке". Там всё написано. И обычаи, и традиции, и верования, и судопроизводство, и наследование. Всё-всё-всё-всё-всё.
Interviewers: Угу, угу.
Others: Ну всё не напишешь.
Interviewers: [нрзб]
SNN1941: Ну... Ну нет.
Others: Пос= послушаешь чей-нибудь рассказ, а он ни в одной книжке не написан.
SNN1941: Там причём, этот, Теничев, Тенишев, Тенишев.
Interviewers: Тенишевское бюро это, да-да-да-да-да.
SNN1941: Вот... Да-да-да. Причём там всё фактически, потому что было наказано всем этим корреспондентам, чтобы они... Никаких, отсебятины не было. На основании фактов всё это там.
Interviewers: Да, да, это и русское географическое общество вот [нрзб]
SNN1941: Да-да-да. Да. Вот она мне прислала такую книжку. Одна у музея, другая у меня есть. Я недавно приносила в церковь. Давайте, — я говорю, — прочитаю я вам, как священника содержали. Сколько чего платили.
Interviewers: Священника?
SNN1941: Мзду.
Others: Во= да-то, да...
SNN1941: Зат= За тр= За требы.
Others: Да, тогда епископ ре=... Его спрашивали там, можно ли дьякона. Он [та= обходился], и считали, может ли приход содержать дьякона [нрзб].
SNN1941: Угу. Угу.
Others: Да, да, да.
SNN1941: Вы чего преподаёте?
Others: Я — биологию. И химию немножко. Но... В... А я по образованию биолог. У меня просто брат священник. Это я хорошо знаю. Мой брат восстановил храм. Он был ну вот как, как этот вот, разрушенный, даже хуже. Там была колокольня снесена. Её танком сд= сдёрнули, верхнюю часть колокольни. Остальную часть мужчина уже при Хрущёве, этим, молотком разбил. И вот мой брат возвёл храм вот, и ни одной копейки государственных денег. Все вот по народу. Всё [сам].
SNN1941: По народу? И мы по народу.
Others: Да-да, и вот сейчас служит. Много-много лет уже, двадцать.
SNN1941: Недавно приезжал... Я в церкви была последняя, уходила, заходит мужчина молодой: в шлёпках и без носков идёт. Без носок.
Interviewers: Да? Ой...
SNN1941: И он говорит: "Можно?". - "Можно".- "Откуда, желанный, — говорю, — идёшь?". - "С Дальнего Востока.Еду в Питер.
Others: Ого.
SNN1941: А там жена у меня. Семья там". - "Так один? Больше никого нет?". "Нет, не один. Там, на сиденье, у меня ик= икона Николая Чудотворца, а сзади сидит кошка.
Interviewers: [нрзб]
SNN1941: А кошку-то вам оставлю, чтобы нескучно жить было на Дальнем Востоке". Так что, дорога-то, много заезжает народу, летом особенно. И зимой заезжают. Ну, заезжают.
Others: Весна эта и зима как в старое время, да? Суровая.
SNN1941: Это называется "замок". Так...
Others: [нрзб]
Interviewers: [нрзб] [нрзб]
SNN1941: Вы не снимайте, это у меня калоши уличные. Идите так, а то холодно. Так, и чай включить-то вам, чтобы разогреться.
Interviewers: Ох... Ну у нас сапоги. Ничего...
SNN1941: Да ладно, идите-то так, у меня ковров нету никаких.
Others: Кошка!
Interviewers: Да Вы-то босиком-т=...
SNN1941: Только дверь закройте, а то она будет хлопать.
Others: Да-да-да.
Interviewers: Хорошо.
SNN1941: Там, где верхушка такая, интересная. Вот эта чёрная. Чёрная. Поворачивайте, и нужно войти там в дощечку. Откройте, и увидите.
Others: Ага.
SNN1941: Во.
Others: А, понял.
SNN1941: А то будет хлопать.
Others: Ага.
SNN1941: Пойдёмте, не снимайте ничего.
Interviewers: Ой, [нрзб]
Others: Пойдёмте. Я сниму, тут... [Ушастый] [нрзб]. [Там копал.] (?)
Interviewers: [нрзб] [нрзб] [нрзб] [нрзб] [нрзб] [нрзб] дверь?
Others: Угу.
Interviewers: Хоро=... Обувь снимай, всё... Насть?
Others: Да?
Interviewers: Проходите.
Others: Закрыть эту дверь? [нрзб]
Interviewers: Ну да.
SNN1941: Я еще и печку не успела истопить. Универсальные валенки, которые носят все гости, включая москвичей.
Others: [нрзб] Да Вы что?
SNN1941: Дети фотографировали.
Interviewers: Правда?
SNN1941: Как мы приезжаем, так "Баб, где валенки?".
Interviewers: Ох, можно мы тоже сфотографируем?
SNN1941: Баб, где валенки?".
Interviewers: Это Вы их сами так заштопали?
SNN1941: Нет, конечно. Так, сейчас я вам покажу.
Others: Как у Вас нарядно-то. Да.
SNN1941: Да, у меня... Я ничего не покупаю. Человек старый, куда мне ничего не надо.
Others: [нрзб] Да...
SNN1941: Угу.
Interviewers: Да, [нрзб] вот...
Others: Мы тоже стараемся ничего не покупать, но не удаётся. Да, да...
SNN1941: Куда это всё...
Others: Да. [нрзб]
SNN1941: Всё [нрзб] и всё [нрзб], никто ничего не возьмёт. Так... Где же у меня... Там... А где же книжки? У меня книжек всяких тут... А, вот книжка. Прислала Елена Николаевна.
Others: Фольклорная?
SNN1941: Это, блокадник, который здесь, отсюда на фронт ушёл.
Interviewers: А это её родственник, да, был?
SNN1941: Муж её.
Others: Я знаю, как чесать, чтобы ему было очень приятно по спине.
Interviewers: Это муж её? Понятно.
SNN1941: Да.
Interviewers: Ну я видела, что он [нрзб]
Others: Очень приятно. Потому у них чешется, они сюда не достают.
SNN1941: Вот. Вон, называется "Ларинские мотивы". Книжка.
Others: Смотри-смотри, с=...
Interviewers: Это вот которые она сама [нрзб]
SNN1941: Вот, это... Они там...
Interviewers: Она музыковед, да, была?
Others: Да, да...
SNN1941: Да, она работала, в музыкальном, этом, с... По народному фольклору как раз.
Interviewers: У них есть [нрзб]
Others: Что вот здесь [чешется].
SNN1941: Здесь не только она. Земцовский, Молчанова, Разумовская...
Interviewers: [нрзб] Земцовский — это такой прекрасный музыковед, Вы знаете...
SNN1941: Вот.
Interviewers: Замечательный.
SNN1941: Вот тут весь, все написаны они. А она — "Как ёлочку продают на свадьбе". Нате, вот [нрзб]
Interviewers: А у вас продавали ёлочку на свадьбе?
SNN1941: Да.
Interviewers: Правда, да? Ух ты. Мы ещё с Вами...
SNN1941: Тут... Тут, кстати, есть, вот, сюда...
Others: Продавали?
Interviewers: А мне всё хочется Ваши, эти, валенки... Ну это потом, когда Вы встанете. Здесь темно, не видно, сфотографиро=...
SNN1941: Дайте покажу дом,в котором я родилась. Это вот в Шевелёве, где мы... Мама, с мамой жили, где вот моя семья. Вот этот дом.
Interviewers: Интересно.
SNN1941: Вот у этого дома, значит, и... Вот дом. Этот дом, который, я вышла замуж. Это — который сейчас. Там яблони были, но теперь они за=...
Interviewers: Большой.
SNN1941: Они тридцать лет простояли и уже за=... Подморозили один раз, и всё. Это я собирала родословную свою, и...
Interviewers: Здорово.
Others: Да, ну прямо...
Interviewers: А у вас здесь были старообрядцы, нет?
SNN1941: Старообрядцы были в Горчухе, а здесь — я не знаю.
Interviewers: А Горчуха — это где?
SNN1941: Это Макарьевский район, там, за... За Красногорьем, за реч= за рекой. Вот там были, это я пом=...
Interviewers: Туда подальше, да? На...
SNN1941: За, т= кра= через речку, там, в Унжу, и там, значит, и... Я точно, ведь же я...
Interviewers: Это, может, [нрзб]
SNN1941: Я же не просто работала в школе, я ещё киномехаником работала.
Interviewers: Да?
SNN1941: Да. [нрзб] Вот когда кончила десять классов, мои одноклассники на= замуж все бросились. А мне неохота было. Я замуж не пошла. Они замуж повыходили рано. Девчонки вот. Повыходили замуж. Чего они побежа= боялись остаться в старых девах? Я сказала: "Не, не пойду". Парень говорит: "З= пойдём замуж". Я говорю: "Не-не-не. Я вообще ничего не умею, я с голоду тебя уморю". Вот. И я пошла работать в колхоз. Лён мять.
Interviewers: Лён растили, да?
SNN1941: Да. Лён всегда... Мы его и пололи. Мы когда в шко= росла вот я, класс шестой, седьмой вот, например, бригадир приходил утром, в мае месяце, школу кончают девятнадцатого мая где-нибудь в пионерии, кричал: "Нинка! Вставай, лошадь запрягай навоз возить!". Мы навоз возили из конюшни.
Interviewers: Во к=...
SNN1941: Ну вот, пошла. Приехали из отдела культуры и предлагают уч= родителям отпустить меня учиться на киномеханика в Иваново, в школу киномехаников. За их содержание. Они оплатят там и квартиру, и десять рублей уже стипендия была.
Others: А там [ре=] ещё так делали или уже электрические?
SNN1941: Не-не-не, нет. А= аппаратура была и узко= узкоплёночная и широкоплёночная. Когда на одиннадцать и три на шестнадцать миллиметров — вот эта. Я, значит... У нас группа была тридцать человек — десять девчонок и двадцать парней. Потрясающе интересно было. Я и учителей вот помню всех.
Interviewers: Да?
SNN1941: Да. Вот, школу закончила, работали практику в кинотеатре "Великан" на улице Громобоя, и направили меня работать в Макарьевский район, естественно, киномехаником. Зато мне никогда "Сапожник!" не кричали. Причём вот света не было в деревнях, и работали от движка. Движок заводить надо было. То там щётки [нрзб] от генератора, щётки чистить, в общем-то, вот... [нрзб]
Others: Столько фильмов посмотрели.
SNN1941: Я столько фильмов смотрела, потрясающе много. Много, конечно, фильмов. Фильмы были каждый день. Вот. А потом, значит... Я работала два с половиной года киномехаником. И потом директор школы местной говорит: "Нина, да хватит тебе уж этим киномехаником. Дак давай учиться". Открыли курсы скороспешек, учителей не хватало. Начальных классов, русского, там, разных предметов.
Interviewers: А, не хватало.
SNN1941: И о= открыли в Макарьеве. Так чего? Родители старые, куда мне ехать там? Меня в Макарьев нап= направили на... В одиннадцатый класс, получается, это, на учителя начальных классов. Вот я закончила и сразу поступила заочно в кировский пединститут. На специальность "география". Так что я географ. По пути ещё историк. Потому что я учила в школе историю и географию.
Interviewers: Во как здорово. У нас Настя на историка учится, студентка.
SNN1941: Вот. Интересно. Вот. Проработала два с половиной года, выучилась на киномехан= на учительницу на= начальных классов. Работала сначала семь лет в начальных классах, то есть я все этапы прошла школьного этого, с детьми. Причём второй и четвёртый класс, первый и третий. То есть сидели вот так. Так работала. Потом директор — тот же, который направлял меня, пригласил: "Приходи к нам в школу вести историю и географию". Вот семь, восемь лет у него работала.
Others: Это всё в Макарьеве?
SNN1941: Ходила пешком. Это все в Макарьевском районе, да. А потом, значит, и... Это уж я замуж вышла. Из Макарьевского района в Мантуровский, через речку вот так, через границу. Вот. И ходила пешком... Я, я п=... Кстати, никогда не болела. Вот я пешком ходила каждый день восемь лет туда, [нрзб] я никогда [нрзб] болела. Наверное, потому, что [нрзб]. Мы мылись где? На сарае. В любой мороз. Вот в печке вымоешься в русской...
Interviewers: Как на сарае?
SNN1941: Вот, например, русская печка истоплена, зола выпарена, соломка подстелена, вода нагрета, в печку залезаешь туда, дадут тебе веничек, там посидишь попаришься, погреешься, голову вымоешь, тут, [нрзб] над тазом, дальше опять натрёшься там вся в печке, берёшь ведро воды и идёшь на улицу на сарай мыться. Всё.
Interviewers: Сверху... На сарай сверху?
SNN1941: На сарай, в коридор. Вот, в коридоре, вот, в сарае, там, у Никона, есть сарай, то есть дома, идёшь в коридор, туда.
Interviewers: А, в коридо=... А, туда вот, на двор, как вот открытый...
SNN1941: Да, да-да-да, да, да.
Others: На двор?
SNN1941: Да. На двор вон так.
Interviewers: Это чтоб вода стекала туда вниз, да?
SNN1941: Да. Да. Идёшь, обмываешь с себя мыло и всё. Мы закалённые с детства, по сути, получается.
Interviewers: Холодно.
SNN1941: Холодно. В любой мороз придёшь, там вымоешься и всё.
Interviewers: Ну надо напариться, видимо, как следует, чтоб там не холодно было, да?
SNN1941: Да, да, да. В печке-то русской — тепло же там. Конечно. Печки-то большие были тогда. Свод-то высоко там. Сидишь [нрзб] не достаёшь там головой.
Others: Печки были больше, чем сейчас, да?
SNN1941: Конечно.
Others: А, то есть это сейчас маленькие печки, да?
SNN1941: Да, да. Да.
Others: А, а то мы всё смотрим на печки и думаем... Как же это народ-то... Там, ну вот там влезть-то, может быть, и можно, но там крутиться, вертеться, непонятно, как.
SNN1941: Угу. Я в школе работала в начальных классах, дак и то ещё в печке мылась, парилась.
Others: Ого.
SNN1941: А мы с мамой двое остались, отец умер, баню топить зимой неохота для двоих, воду таскали из колодца. И мы в, в, этом... В печке по очереди. Выпаримся там, вымоемся на сарае. Вот. Потом меня вот сюда... Туда ходить пешком что-то надоело. Да, мне мотоцикл купил муж. Я говорю: "Я больше пешком ходить не буду, покупай мне мотоцикл". Так что у меня именной мотоцикл был. Ребята были в восторге, дети. "Учительница у нас на мотоцикле ездит".
Others: Класс.
SNN1941: Причём самое интересное, что я в той школе учила детей своих ровесников. Они замуж-то вышли, дети-то у них уже выросли, а я вышла поздно замуж-то. Поэтому я учила. Мне было легко работать. Там моя родина, там мои одноклассники были, я с ними общалась. Там их дети.
Interviewers: Во...
SNN1941: Я с их родителями за одной партой сидела.
Interviewers: А как... А как вот Вы замуж выходили? Или, может, Ваши подруги?
SNN1941: Вот.
Interviewers: Сватали Вас?
SNN1941: Да ничего не сватали.
Interviewers: Да?
SNN1941: Мы, две двоюродные сестры, вышли замуж за двух родных братьев.
Interviewers: Да?
SNN1941: Угу. Потом, я своего жениха знала давно, с детства. Даже у меня до сих пор сохранилась открытка, которую он прислал из армии, хотя я с ними не дружила. Из армии открыточка сохранилась. Каким чудом она у меня сохранилась, не знаю. С Великим Октябрем открытку прислал.
Interviewers: Да...
SNN1941: Вообще биография, конечно, у меня интересная.
Interviewers: А б=... Да, удивительно.
SNN1941: Да, наверное, у всех такая. Ну, может, не все так... Кто-то мне ставил в укор, что вот, учительница киномеханик. А мне в школе это пригодилось, потому что была киноаппаратура, появилась в школе — для меня это была не проблема, я киномеханик со стажем была.
Interviewers: Ну конечно.
SNN1941: Узкоплёночные были, Украина. Значит, и... И фильмы, вы= фильмотека, вы= выписывали фильмы, и... учебные фильмы были.
Interviewers: Да конечно.
SNN1941: Всё это было, хорошо.
Interviewers: Всё это, конечно, должно было пригодиться.
SNN1941: Так что никакое ремесло плечи не тянет.
Others: Да.
Interviewers: Да. А вообще вот сва= в=... Было у Вас сва= сватовство? Как вот Вы говорили, ёлочку... И когда ёлочку эту нужно...
SNN1941: А тут вон написан=... А. Подождите, [нрзб]
Interviewers: Ну вот как это у Вас было? Может, Вы...
SNN1941: [нрзб] да почти так же и было.
Interviewers: Да?
SNN1941: Да.
Interviewers: А у Ва= на Вашей свадьбе ёлочка была?
SNN1941: [нрзб] Была. Была, была. По-моему, так же. Что-то, были, Разумовская-то пела-то. Я ей пела "Жили две сестры, Нюра с Манею".
Interviewers: А, да, мы ещё ж хотели песню-то эту, как она... У меня записана.
SNN1941: Ну-ка...
Others: Мой, мой оте= па= отец, отец был пахарь", да. У ка= у це= ка= це= Карета у церкви"?
Interviewers: У церкви" и про пахаря, да-да-да-да-да-да. Куда я его дела...
Others: А они там есть, в этой книжке?
Interviewers: Здесь-то другое.
SNN1941: Нет. Нет, у нас немножко не так было.
Interviewers: Не так было?
SNN1941: Немнож= да.
Interviewers: Чуть-чуть...
SNN1941: Это она записывала...
Interviewers: У всех по-разному.
SNN1941: Это она записывала в Елизарове. Каллиста была там.
Others: Во-во-во. По разному, видите, поют чуть-чуть.
SNN1941: Да. Там была, этот, и... Бабушка, у которой голос потрясающий был. Хороший, конечно, голос. И она всё это помнила, вот что она записала — есть всё, это с её слов записано.
Interviewers: Да...
Others: А хор там был? [В церк=...]
SNN1941: Где?
Others: А где это Елизарово? Х=...
SNN1941: Не=... Елизарово — это по тракту ехать, и надо, туда, в сторону Шарьи, на восток, туда. Там Елизарово.
Others: За Мантурово, да?
SNN1941: В сторону от Мантурова.
Others: А, мы [уже не знаем.]
SNN1941: Вот где-то, где... Где вот этот круг вот идёт, где разъезжает, вот дорога налево, туда, идёт, вот туда ехать.
Others: Да-да-да-да-да. А, в сторону, понятно.
SNN1941: Да-да-да. Вот в ту сторону.
Others: Мы только вот эти места знаем, вот примерно от Угор до, вот, досюда.
SNN1941: Угу.
Others: До, до, до... Унжи.
SNN1941: Угу.
Others: До Макарьева. Дальше уже не знаем.
SNN1941: Угу.
Interviewers: А расска=...
SNN1941: Вы что потеряли?
Interviewers: Да ручку ищу, куда-то, была у меня ручка.
SNN1941: Вот там ручка есть у меня.
Interviewers: Куда-то я её дела. Вот она, в кармане лежит, о. Хотела про свадьбу я ж у Вас спросить, Вас, как у Вас вот бывало. Может, у Вас, у двоюродных сестёр помните.
SNN1941: Ой... А что вам помнить про свадьбу?
Interviewers: Ну вот сватались.
SNN1941: А. Сейчас, [нрзб] маленько. Я помню, когда замуж выходили мои одноклассницы... Я знаю, что у этого дома... Я где-то потом читала. У этого дома на, на дереве на таком, на шесте, вешали веник и полотенце. Это здесь, в доме, ж= сговорёнка живёт. То есть её замуж сговорили уж, она.
Interviewers: Веник и полотенце?
SNN1941: Да.
Interviewers: А высоко? Н=...
SNN1941: Да.
Interviewers: Прям на шесте у до=...
SNN1941: На шесте, да, у дома стоял.
Others: Чтоб все видели, да?
SNN1941: Да.
Others: А, все едут и знают, что здесь вот...
SNN1941: Да.
Others: Буд= будет свадьба, да?
SNN1941: Да. Что сговорёнка тут. Так... Песню... Это надо искать мне её где-то. Земля угорская" где. Вот похоже, что здесь живёт пенсионерка, которой восемьдесят лет?
Interviewers: Восемьдесят лет Вам уже?
SNN1941: Да.
Interviewers: Было уже, да?
SNN1941: Да, нынче.
Interviewers: Как нынче? Сегодня?
SNN1941: Ну в марте.
Interviewers: В марте? А... Ой...
SNN1941: Я говорю, что я музейный экспонат.
Interviewers: Ой, поздравляем Вас.
SNN1941: Спасибо.
Interviewers: Что ж, прекрасно, смотрите, какая жизнь богатая, столько Вы успели сделать. И директором школы были, и всё,
Others: [нрзб]
SNN1941: Да.
Interviewers: вот всё, что знали, — всё пригодилось.
SNN1941: Я даже помогала вот эту книжку делать.
Interviewers: И церковная староста — такое всё-таки дело.
SNN1941: Вот эту книжку помогала делать району.
Interviewers: Да?
SNN1941: Да. И о= молодцы, конечно, они, вот это вот, тружеников тыла всех за= записали. И в, это, в= средих, этих вот, помогающих редакции, кто, записана моя фамилия. Причём я делала... Серова Нина Николаевна. Вот.
Interviewers: Да. И много тут народу-то.
SNN1941: Да. Причём эту книжку когда... Я сидела три месяца на телефоне. Чтобы по своему краю дать точные, достоверные данные.
Interviewers: Сверяли?
SNN1941: Нет, потому что они не, не знали. Причём я не то что сама, одна, выхвалиться,
Interviewers: [Да.]
SNN1941: что я одна знаю. Я написала всех, с, к= т= кому обращалась за помощью. Вот, все они записаны вот здесь. Угорский сельский совет". И все переписаны они,к кому я обращалась.
Interviewers: Да. Да.
SNN1941: Там у кого-то, я смотрела, не написано. Думаю, ну по=...
Interviewers: Это Калиста Васильевна — это, да, вот бабушка тут?
SNN1941: Да. Это Калиста Васильевна, она уже умерла. У, у, у... Я детям давала газету, сохранила, когда она умерла, они приезжали сюда. Они в Никулине живут. Была статья, значит, и... Но газета эта у них. Она много всего помнила, интересная женщина. Из этих живущих, так... Так, Киселёва Манефа Николаевна жива, вот интересная была, Елизавета Венедиктовна Кузнецова, потрясающе знала всего. Ой, сколько она знала!
Interviewers: Да.
SNN1941: Тут на, на её рассказах защища= защитили целую диссертацию.
Interviewers: Правда?
SNN1941: Да. Она много всего знала, много. Так, Наумов умер, я живая, Калиста умерла, Александр умер, Татьяна Дмитриевна... Она ничего уже не помнит. Шабарова уже не помнит. Жива, она не помнит. Она старше меня, не помнит. Вот эти данные, смотрите, много вон сколько... Вот это всё... Да, да, причём надо год было ещё рождения, потом детей я всех там, их, кого знала, всех на ноги подняла их. И кем были в войну. Там указано. Кто бригадир, кто доярка, кто где. Кто, значит, и, пахарь. Потому что надо было это всё конкретно. Молодцы, конечно. Тут ясно, что не весь район. Это вот ух= ладно, ухватили то, что вот есть-то. Труженики тыла.
Interviewers: Конечно, конечно.
SNN1941: Это Роман Вениаминович Алаев, тут вон главный был у них, редактор. Так...
Interviewers: А у Вас тоже вот такой шест ставили, когда Вы выходили? Или Вы попросту...
SNN1941: Нет. Нет.
Interviewers: Нет? В старое время...
SNN1941: Я сама себя... Я сама себя доучивала, сама себя замуж отдавала. Никого уже не было.
Interviewers: Да? А родители?
Others: Да?
SNN1941: Угу. Родители умерли, мне было девятнадцать лет.
Others: То есть Вы и сами были за старшую, да?
SNN1941: Да. Ну сёстры, сёстры уже были не дома, но они приезжали замуж-то меня отдавать.
Others: А со стороны ж= жениха всё было как положено?
SNN1941: Не-а. Нет. Я вышла зам= ну конечно. Я вышла замуж за сына вдовца. Отец у них погиб на... На... В сорок третьем году под Луганском. Его девчонки, значит, и... Внучки, получается, нашли в Интернете, что он был санитаром. Сначала он был на Ленинградском фронте. Потом там был ранен. Потом, значит, как оказался, не знаю, там он. Только что он был санитаром. И из последнего, значит, боя он вынес двадцать с чем-то раненых и офицера. И был награждён медалью. Это всё узнали они уже вот по... В наше время, по, этому... По Интернету. Это узнали.
Interviewers: Удивительно.
SNN1941: Угу, да.
Interviewers: А когда же ёлочку-то вот эту там на, на свадьбе Вы наряжали? Ух ты, это Ваша церковь вот, да?
SNN1941: Ой... Да. Это церковь, на Поток]. Ну на Потоке, наверно, вы были?
Interviewers: Воскресенская? Да, на потоке вот мы были.
SNN1941: На Потоке-то вы были. Так, Поток, это история, как Пото= Поток появился, я тут маленько поузнала.
Interviewers: А можно почитать? Вот там про икону все по-разному рассказывают. А т= вот икона, когда там появилась икона?
SNN1941: Ну на Поток он=...
Interviewers: Сначала-то не было?
SNN1941: Вот тут есть. Газета, есть то, что я записала с чьих-то слов. Святой поток". Старинная легенда. Вот. Хотите — снимайте.
Interviewers: Да.
Others: Поток начался с иконы или он был раньше?
SNN1941: С иконы.
Others: С иконы, да? До по=...
SNN1941: Угу.
Others: До иконы там не было никакого и, может быть, языческого там идола или чего-то?
SNN1941: Не-а. Не-не-не. Берёза там вот стоит, та берёза.
Others: Какая берёза?
SNN1941: А у которой икона, говорят, на которой икона...
Others: Это старинная берёза?
SNN1941: Да. Старая там.
Others: А сейчас...
Interviewers: И...
SNN1941: Старая берёза, она стоит сейчас.
Others: А сейчас разве икона на берёзе?
Interviewers: И, и икона та же самая там сейчас стоит?
SNN1941: Не-не-не. Но... Нет, конечно. Но на... Кто-то по... Икону, Владимирскую, там закрепил, на, этой, на берёзе.
Interviewers: Угу, чтоб не уносили и... Да?
SNN1941: Принесли. Нет, дак её не унесут, но раньше не было [нрзб] Сейчас [нрзб]
Interviewers: А где же она, икона, была? Где же её нашли? Не на берёзе?
SNN1941: Где-то на берёзе.
Interviewers: На берёзе?
SNN1941: Вот тут написано. Так... В лесу [нрзб] строения на берёзе. Часовню уничтожали несколько раз, но её отстраивали заново. Вот, Ше= м= Шемякинское лесничество, мужики восстанавливали. А, вот тут рассказывается о пре= председателе сельсовета, Голубеве,который приходил к нам описывать имущество. Поехали на паре лошадей, чтобы сжечь часовню. По какой-то случайности они заблудились. А лошади увязли в болоте, и их с... Едва вытащили. Председатель потом заболел, болели... Отказали ноги, долго лечился. Он дал обещание посетить Поток. Туда увезли его на лошади, искупавшись в святом источнике, домой вернулся на своих ногах. Так гласит народное предание".
Interviewers: Во как. А это Вы у бабушек здесь спрашивали, да?
SNN1941: Угу, угу. Так мне, я записала, кто-то сказал. Не помню. Так... Владимирская, Троица, Тихонов день и Иванов день. Температура воды зимой — плюс четыре градуса. А летом, по-моему, где-то вот около двенадцати.
Interviewers: Холодная.
Others: [нрзб]
Interviewers: Ну там чистая во=... Чистая вода, да?
SNN1941: А, я [нрзб]
Interviewers: Да?
SNN1941: [нрзб]
Interviewers: [нрзб] совсем недавно.
SNN1941: Да.
Others: Нет, вообще не, вообще не [бывает], да?
SNN1941: Ходят.
Others: Ходят на [нрзб]?
SNN1941: Ходят.
Interviewers: И лет= и з= зимой ходят?
SNN1941: Ходят.
Interviewers: На К= на Крещение?
SNN1941: Да, и купаются. [нрзб]
Interviewers: [нрзб] Крещение.
SNN1941: На Крещение [нрзб] не знаю, а летом ходили [нрзб]
Interviewers: Конечно [мы] ходили в основном...
SNN1941: Так. [нрзб]
Others: А священники всегда почитали поток?
SNN1941: Да.
Others: Священники тоже? То есть всегда ходили? Не только наро= не только народ, да?
SNN1941: Да. Да. Да. Так... Вот смотрите, как... Вот сейчас вы по-другому въезжаете в Угоры. Вот так в Угоры был въезд. Вот население по Угорам — пожалуйста вам.
Interviewers: Три тысячи человек в восемнадцатом году, да?
SNN1941: По годам. Да.
Interviewers: Больше, три с половиной, больше даже.
SNN1941: Угу.
Interviewers: Сейчас-то их триста семьдесят три.
SNN1941: Вот въезд в Угоры. Был.
Interviewers: В десять раз изменилось, да?
SNN1941: Да. Сейчас он не так. Вот где берёзы росли у церкви. Их спилили.
Interviewers: Вот тут церковь, да?
SNN1941: Да. Вот этот дом — это был дом священника. Потом был клубом. В этот клуб и я ходила.
Interviewers: Да?
SNN1941: Да. Редко, правда, я: училась, дак я не больно по клубам шастала. А потом, сейчас — квартира. Квартира... Сейчас я вам покажу. [нрзб] фотографий-то у меня [нрзб]
Interviewers: А, а Угоры назывались ещё
SNN1941: Во.
Interviewers: Халбуш, да?
SNN1941: Халбуж, да. Вот, зимой [нрзб]
Others: А, да, [красиво вообще.] [нрзб]
SNN1941: Да.
Others: А, [нрзб] на машине [нрзб]
SNN1941: Так называ= а потом это название переселили в другое, там, где сейчас Халбуж, вот теперь, туда, в лесу. Где там... Где... Во= вот за водой ещё ходят. В, в... шофера останавливаются.
Others: В лес, что ли, да? Или где там ходят?
Interviewers: Ну так они...
SNN1941: Н= нет, там...
Interviewers: А т=...
SNN1941: Там, значит, больница была, потом, вот, этот, и... Ну жилое там место. Там все и зовут "Халбуж" или "Антропьево".
Interviewers: А, а это в какую сторону? Это у вас [нрзб], да?
SNN1941: [нрзб]
Others: Нет, [нрзб]
SNN1941: Ну вот Угоры [нрзб] так же [нрзб]
Others: [нрзб] [нрзб]
Interviewers: [нрзб] [нрзб]
SNN1941: [нрзб] Вот, а как было.
Others: Я у него учился ещё, у Сергея Петровича, в Москве.
SNN1941: Вот. Да? Такой странный. [нрзб]
Others: Мышей колол. (?)
SNN1941: Такой странные, н=...
Others: Очень странный.
SNN1941: Угу. Там и камни, там и кости, там и работы студентов.
Others: Ну он неверующий. Он неверующий, да?
SNN1941: Не-не-не. Что-то у него одна рука была какая...
Others: Сухая, он всегда с перчаткой ходил, да.
SNN1941: Да-да-да. Да-да. Разговаривали с ним, да. Вот как было, въезд в Угоры. Вот этот, и... Дом. А дом, который вот Сергей Петрович купил, вот он. В этом доме был в войну, вот в детском доме был санпропускник. Больных детей туда помещали. Жаль, что берёзы спилили, конечно.
Others: Ай-яй-яй.
Interviewers: Да, они старые были, да, старые.
Others: А зачем спилили? Это ещё екатерининские, да, берёзы вот эти, да?
SNN1941: Не знаю я. [нрзб] Ну как-то заграждал их. А здесь сетка была, ребята играли, вот где сейчас у нас загорожено, играли в волейбол тут всё время.
Others: О Господи, а...
Interviewers: Интересно. Ой, обряды тут описаны, тут...
SNN1941: Вот. Вот, народные обряды. Вот "Великое Говенье". Варом не трожь, а вином — как хошь.
Interviewers: А, вот это вот, "Переломилось"... Ой, я сф= сфотографирую, можно?
SNN1941: Да. Фотографируйте.
Interviewers: Это Вы записывали, да, вот от бабушек?
SNN1941: Да. Это я сама знала наизусть.
Interviewers: Како=...
SNN1941: Великое Говенье". Это я ходила петь, кресты собирать.
Interviewers: А это называлось "Великое гове=", а...
SNN1941: Великое Говенье переломилось", да. Потому что пост, говеют люди.
Interviewers: Да.
SNN1941: Половина поста прошла. Переломилась.
Others: Ну да.
Interviewers: Так... Ой, Егор=...
SNN1941: Это Егорьев.
Interviewers: Ой... И это всё у вас вот пели? Это всё Вы знали и записали, да?
SNN1941: Так, зде= да. Здесь я писала [нрзб] разные. Другой вариант написан.
Others: Если сможете что-нибудь, можете чуть-чуть спеть,
SNN1941: Так...
Interviewers: От родных бабушек"...
Others: чтобы мелодия осталась?
SNN1941: Дак и что? Вы и так, наверное, знаете.
Interviewers: Нет.
Others: Нет. Нет, откуда нам знать?
Interviewers: Нет, а м= мы вот работали в другом месте, в Ивановской области, там вообще Егория почти не празднуют.
Others: Откуда-то нам...
Interviewers: Ну коров выгоняют на Егория, больше ничего.
SNN1941: Угу. Вот это знаю я. Вот это я пела, значит...
Interviewers: А как поётся?
SNN1941: Сейчас. Подожди.